На передовой любви: история о большом чувстве, которое не знает преград
Оскольчанка Ирина со своим будущим мужем — участником СВО — познакомилась в 2022-м, когда спецоперация только началась. За 4 года они успели проверить отношения на крепость, расписаться и обвенчаться. С первых же дней Ирина занялась волонтерством. Гуманитарную помощь бесстрашно доставляет сама — прямо на передовую. Романтическая история, в которой есть место испытаниям, верности и вере в нашем специальном материале.
«Я ехала к нему. Знала, что он в отпуск поедет. Говорит — бери с собой платье. Нас сегодня распишут. Я очень сильно сомневалась. Когда мы приехали в Темрюк, нас спросили: когда вы хотите расписаться? Он сразу: сегодня! Он всё брал в свои руки, чтобы я, наверное, быстрее за него замуж вышла. Потом после росписи мы пошли на море, в костюмах, жара… Ни фотографов, никого у нас не было. Мы подняли просто с пляжа отдыхающих: пофотографируйте нас!»
Отдыхающие постарались — фото не уступают профессиональным. Близкие пары поздравляли их уже на венчании в Старом Осколе. Эта романтическая история началась вместе с СВО. «Шмель» — такой позывной у Игоря — взял Ирину штурмом.
«Когда началось СВО, полк встал у нас в Старом Осколе. Я на тот момент работала в такси. И в моей жизни появился «Шмель». Он активно начал ухаживать за мной. Можно сказать, что он купил все цветы, все цветочные магазины скупил в Старом Осколе. Можно было свой открывать параллельно. Мягкие игрушки… Ну как-то так растопил мое сердце».
У хрупкой, нежной красавицы Ирины с белокурыми локонами — стальной характер. Это Игорь понял позже. Когда любимая стала приезжать к нему «за ленточку». Первая поездка в посёлок Спорное под Артёмовском — запомнилась надолго.
«Связи нет, телефонов, естественно, нет. Он меня сориентировал, куда ехать. Я потихонечку ехала, никуда не спешила. А меня нет и нет, нет и нет. Муж уже переживает, где я, ну как, не дозвониться, куда я пропала, не свернула ли с пути там?.. Ребята говорят: да ну, что она там, как она, девчонка, приедет в зону СВО. Но он где-то в глубине души, наверное, верил, что я приеду. И тут на горизонте появилась я. Конечно, ребята все такие: вот! Ну, как они бежали. Они были настолько впечатлены тем, что к ним на ЛБС приехала девушка и привезла, конечно, гостинцы. Вот так и начались мои поездки в зону СВО. И они и сейчас продолжаются. И куда бы его ни послали, везде я за ним».
Игорь признается — за жену, когда она в пути, переживает больше, чем за себя на задании. Сама Ирина говорит: бояться ей некогда — ведь нужно доставить груз ребятам.
«Благодаря тому, что я туда приезжаю, я его поддерживаю дух, веру, что его любят, ждут, что с ним вся страна, не только с ним, а с нашими ребятами. И опять же, мне многие задают вопрос, вот ты же едешь к мужу, и я говорю: да, я еду к мужу, но я помогаю всем. Они все мои. Все мои. Вот вся 88-я. То бишь это и танкисты, и пехота, и бронегруппа. Сейчас, благодаря всем людям неравнодушным, гуманитарной помощи стало еще больше, и мы уже ездим гуманитарным конвоем. То есть это или четыре машины легковых, или одна грузовая, две легковых. Ну там, как Господь дает, так вот и ездим».
С верой в Бога и горячей молитвой все 4 года. Даже без звонков Ирина чувствует — любимому плохо. Он горел в танке, не раз попадал под вражеские обстрелы, был ранен. И каждый раз она его буквально вымаливала. Вспоминая, не может сдержать слез. Не выдерживает и Игорь.
«Они были на Соледаре, была боевая задача, прилетели дроны. Я понимаю, что что-то происходит, реально что-то происходит. И я начала молиться. Все, у меня перед глазами он… Крылья ангела вот так вот держат. Крест Божий. Это все визуально. Я все это представляла. И так сутки. А он на связь не выходит. А я уже понимаю, что что-то происходит. Я думала, что уже все. Но молилась, молилась, молилась. Я подняла людей, я попросила в каждой церкви, чтобы все молились за него. И ночью, уже под утро, силы уже иссякли, я просто уснула на каких-то полчаса. И за эти полчаса приходит сообщение: он ранен, контужен. Те, кто сидел с ним рядом, трое ребят погибло».
На спецоперацию Игорь пошел добровольцем. Участник 2-й Чеченской уже имел боевой опыт, который здорово пригодился на СВО. На груди бойца крест «За службу на Кавказе», медали «За воинскую доблесть» II степени, «За боевые отличия», медаль Суворова. Да тяжело, да, тянет домой, но, если бы вернуться на 4 года назад, он выбрал бы тот же путь. Самое сложное, размышляет воин, то, что противники — такие же славяне, только с затуманенным пропагандой Запада сознанием.
«У нас как бы менталитет один и тот же. Они понимают, с кем они воюют, так же, как и мы понимаем. Мы думаем одинаково. Поэтому самим с собой воевать очень тяжело. Очень. Допустим, как взять любых американцев, независимо, любые другие нации. С ними было бы проще. А тут у нас мы думаем одинаково. Поэтому очень сложно».
А на освобожденных территориях Донбасса наши бойцы чувствуют — всё не зря. Их здесь действительно ждали все эти годы.
«Там большинство людей, обычных людей. Сколько территорий мы освобождаем, люди совершенно по-другому думают. Они, когда их освободили, махали, с цветами их встречали. Это к Попасному, где проезжали. А с Клещеевки возвращались, и люди уже, не доезжая до Попасного, это населенный фонд, махали, встречали на освобожденных территориях».
Ирина тоже награждена медалью — «Волонтеру России». Эта работа идет круглосуточно.
«Насколько сложна вот эта волонтерская работа? — Давайте я скажу. — Давайте. Я вот приехал в отпуск. У нас ни одного дня свободного. — Он прочувствовал, насколько тяжелая волонтерская работа. И каждый день мы куда-то едем, куда-то договариваемся, встречаемся. Конечно, очень сложно в наше время убедить людей, чтобы промотивировать их, чтобы они начали помогать. К большой радости, что эти люди есть среди нашего населения, не только Старого Оскола, но и большой необъятной нашей России. Гуманитарный груз приходит со всех точек России, даже из Казани приходит гуманитарная помощь. Огромное спасибо всем».
Даже во время интервью нам приходится прерваться — подвезли овощи для передачи на фронт.
Строить планы на будущее — для семьи военнослужащего слишком большая роскошь. Пара скромно мечтает о том, что, когда закончится война, они будут путешествовать по России. С удочкой, добавляет Игорь.
«Рыбалку я очень люблю. – Рыбалка — это вообще, рыбалку он очень любит. — Да, это у нас вообще будет, выезды, наверное, еженедельные на природу с удочкой. Даже пускай не клюет. Просто посидеть, просто природа, воздух, птицы, да, спокойствие, тишина, свежий воздух. Вообще красота».
Пока вместо рыбалки — аквариум, рыбки в нем плодятся исключительно к приезду Игоря.
«Когда он приезжает в отпуск, самое странное, у нас всегда появляется малышня».
Рядом собраны 20 тактических аптечек. Игорь заберет их с собой — отпуск уже пролетел.
«Она укомплектована под завязку. Мы стараемся положить все комплектующие, которые необходимы. Антибиотики, обезболивающие, обязательно кладем в каждую партию нефопам. Обязательно кладем гематоген. Глюкоза. Был такой случай, парень был на «заливке», а «птичка» не могла скинуть еду. И он открыл аптечку, и увидел там гематоген. Каждый месяц мы штурмовому отряду стараемся по 15-20 аптечек отправлять».
В очередную партию аптечек Ирина хочет добавить елей. Освященное масло — тоже невидимая броня. Как известно, атеистов на фронте не бывает. Ведь сила наших воинов выкована не только из стали, но и из веры, надежды и любви.
Анна Семенова, Евгений Левошко, Илья Самсонов — 9 канал.